“A Beautiful Mind” is an American biographical drama film about the mathematician John Nash who won a Nobel Memorial Prize in Economic Sciences. Based on the 1998 biography by the journalist Sylvia Nasar.
Text
On March 13, 1838, the Italian writer and journalist, professor of literature, and romanist-historian Rafael Giovagnoli was born in Rome.
In his work, Giovagnoli follows the Romantic tradition. He was strongly influenced by Walter Scott and Dumas père.
Giovagnoli, an expert on Roman history, belongs to the generation of Italian liberal democratic professors who began their careers during the wars for Italian unification. This generation was still imbued with the heroic pathos of Garibaldi—patriotism had not yet had time to harden into philistine, everyday forms.
This is why Giovagnoli treated the story of Spartacus’s rebellion—the uprising of peoples oppressed by the Roman Republic—with particular affection. Spartacus’s ultimate ideal, for Giovagnoli, is the liberation of his homeland, Thrace, from Roman rule—a motif that, for Giovagnoli, has not yet lost its relevance (the conspiracy techniques used in Spartacus’s organization are reminiscent of those of the Italian Carbonari). However, having clearly outlined the social essence of Spartacus’s rebellion (a slave revolt), Giovagnoli nevertheless portrays those who seek to overthrow the property system as utopians; he limits himself to a nationalist ideal.
The novel tells the story of a revolt of slaves and gladiators in the first century BC, which Giovagnoli projects onto contemporary events—the liberation movement led by Garibaldi. Garibaldi himself, in a letter to Giovagnoli, speaks enthusiastically of Spartacus. Garibaldi’s personality is evident in the novel’s protagonist, and the goals expressed by Spartacus were resonant with many supporters of the Garibaldian movement.
For Giovagnoli, the depiction of both historical figures and popular movements is important. Giovagnoli’s view of the people as a driving force influencing the course of history places the novel in the realist movement, which was gaining momentum by the time Spartacus was written.
The clear, uncomplicated composition, the rapid buildup of action, the dramatic tension, and the pathos-filled, emotional tone of the narrative appeal to adolescent readers. Furthermore, the descriptions of the setting and battle scenes do not overload the book with unnecessary detail; instead, they bring the historical facts to life, giving the young reader a glimpse into the life and culture of Ancient Rome.
The distinctive features of Giovagnoli’s historical novels are anticlericalism, the romantic pathos of the struggle against tyranny, and the desire for social justice.
Text
introduction
Okay, hello. I’m not sure exactly where I plan to take this blog other than the fact I wanted a personal space to just say whatever I want; whenever I want. Of all places I chose Tumblr.. mainly becauuse it is the cheapest option for blogging, and I enjoy the community here.
To start off, I’d like to preface I’m not new to this app/website. I’ve had many different experiences and identities (some of which I wish I could genuinely erase from my mind.)
Now to formally introduce myself.. I’m Juno, a high school student “somewhere” in Canada. As of now, I’m not sure if I’d ever give an indicator of who I am, so for now I’m just an internet searcher and/or watcher — who occasionally has some extreme viewpoints. I’m into many things, ranging from books to music, to even certain sleeping positions. If asked, I’m very open to having conversations about quite literally anything. I’m an open book, as they say.
Here’s a basic little list of my interests; fruits, anime, young-adult books, romance books, comedy, black culture, all sorts of music (except country), horror-related themes, metaphors, social studies, English as a subject, aaaand psychology.
I think that just about covers it all, so I’ll leave it here. If needed, I’ll definitely update this post.
Video
Killed by a Hindutva-linked network after exposing hate, violence and radical nationalist names. da Barbara Bonanno BNNRRB
Tramite Flickr:
Gauri Lankesh was born in Bengaluru, Karnataka, India, on 29 January 1962, daughter of the well-known writer and journalist P. Lankesh, founder of the Kannada weekly Lankesh Patrike. She grew up in a strongly secular and progressive intellectual environment shaped by literature, political debate and independent journalism. She studied journalism and began working as a reporter for national publications, including The Times of India, before returning to Bengaluru to collaborate with her father’s newspaper. After P. Lankesh’s death in 2000, she took over editorial responsibilities and later founded her own weekly, Gauri Lankesh Patrike, maintaining an independent, secular editorial line openly critical of Hindu nationalist politics and sectarian extremism. She was not only a journalist but a public intellectual engaged in civic life: she defended the Indian Constitution, minority rights, and the rights of marginalized communities; she supported dialogue aimed at social reintegration of insurgent groups; and she consistently exposed hate campaigns, disinformation networks and radicalization. She was known for her explicit criticism of the ideology of Hindutva and for publicly challenging organizations and individuals associated with extremist nationalist movements. In 2016 she was convicted of defamation in a case brought by political figures aligned with nationalist parties, but the sentence was suspended pending appeal. For years she had received threats. On the evening of 5 September 2017, while returning to her home in Bengaluru, she was shot multiple times at close range by assailants on a motorcycle. She died at the scene. Subsequent investigations led to the arrest of several suspects connected to an extremist network linked to Hindutva ideology; individuals associated with groups such as Sanatan Sanstha and related circles emerged in the investigation. Authorities also examined links between her assassination and the killings of other Indian rationalists and secular intellectuals, including Narendra Dabholkar, Govind Pansare and M.M. Kalburgi. Her murder became emblematic of the growing risks faced by independent journalists and critical thinkers in India. Gauri Lankesh represented an autonomous, secular, outspoken female voice rooted in India’s democratic tradition yet in direct confrontation with sectarian and authoritarian tendencies. Her assassination was not an isolated act but a targeted attack against a journalist who used her work as an instrument of public accountability and political scrutiny. I publish this series to remember that freedom, dignity and justice are never gifts but achievements paid for by real human lives. Behind every right there are names, faces and broken histories. I publish these works to oppose the normalization of political violence and propaganda, to speak to younger generations, and to affirm that silence always serves unchecked power. This is not passive commemoration; it is active memory, a conscious choice, a form of resistance.
Text
Journalist
A dignified journalist in a study, holding a handwritten story. It features ethereal, painterly textures and subtle surrealist elements, evoking quiet integrity.
Text
do u think the porn bots that follow me secretly care about my wellbeing and happiness
Text
Italian prosecutors confirm journalist was hacked with Paragon spyware
Italian authorities confirmed that a journalist who was alerted by WhatsApp last year of a suspected spyware attack on his phone was indeed hacked.
In a press release sent to journalists on Thursday, the public prosecutors’ offices in Rome and Naples, which are investigating the spyware scandal in the country, said that a technical report concluded that the phones of journalist Francesco…
Italian prosecutors confirm journalist was hacked with Paragon spyware
Text
Book Review: ‘The Seven Husbands of Evelyn Hugo’ by Taylor Jenkins Reid
Don’t let the title fool you. This book is far more interesting than its name and title gives on. At first, the idea of a woman having seven husbands just sounded bizarre and “overdone” to me. I thought, “Here we go, another boy crazy woman who had to learn about all the mistakes she’s made in her life.” But no, to my excitement and (preferred) joy, we have an absolutely empowered, self-aware…
Book Review: ‘The Seven Husbands of Evelyn Hugo’ by Taylor Jenkins Reid
Text
Legendary Journalist Looks Better Than Ever at 75 After Alleging She Was Fired From ‘GMA’ at 47
Joan Lunden has faced plenty of challenges in her life, and she keeps getting better each day.
The iconic journalist, who served as a co-host of Good Morning America for 17 years, has a new memoir, JOAN: Life Beyond the Script, that hits shelves on March 3. Dressed in jeans and a pink cropped jacket, the blonde beauty hits the cover of the new issue of Woman’s World, and it’s safe to say she…
Legendary Journalist Looks Better Than Ever at 75 After Alleging She Was Fired From ‘GMA’ at 47
Text
‘Ladies Courageous’ was based on the 1941 book 'Looking for Trouble’ by the American journalist, biographer and travel writer Virginia Cowles OBE.
She reported on the Spanish Civil War for the Daily Telegraph, the Sunday Times, and the Hearst newspapers. The book details both her experiences in the war, and the small community of foreign war correspondents that developed there, which included Hemingway, Gelhorn and others who would go on to cover World War II.
Text
2025 saw a record 129 journalist killings worldwide, with Israel responsible for two-thirds of the total deaths according to the CPJ.
Journalist Killings Hit All-Time High: Israel responsible for two-thirds of the total deaths
Text
2025 saw a record 129 journalist killings worldwide, with Israel responsible for two-thirds of the total deaths according to the CPJ.
Journalist Killings Hit All-Time High: Israel responsible for two-thirds of the total deaths
Text
Нелли Блайт
Элизабет Джейн Кокран — именно такое имя Нелли Блай получила при рождении
Когда Элизабет было шесть лет, ее отец умер, не оставив завещания, так что наследство пришлось делить на пятнадцать детей от двух браков. Мать же , снова вышла замуж за ветерана Гражданской войны Джона Форда, который оказался злым и жестоким пьяницей. Через пять лет она стала пятой по счету женщиной в округе, решившейся подать на развод.Как пишет Брук Крюгер, биографистка Нелли Блай, именно после развода матери пятнадцатилетняя девушка начала превыше всего ценить независимость, поняв, что ни один брак не мог гарантировать финансовой и эмоциональной безопасности.
Как пишет Брук Крюгер, биографистка Нелли Блай, именно после развода матери пятнадцатилетняя девушка начала превыше всего ценить независимость, поняв, что ни один брак не мог гарантировать финансовой и эмоциональной безопасности.
Элизабет решила освоить профессию учительницы, поступила в школу-интернат, но была вынуждена бросить учебу — деньги кончились в первом же семестре. Обедневшее семейство перебралось в Питтсбург — именно этому городу суждено было стать родиной Нелли Блай.
Поводом к журналистскому дебюту Элизабет считаются сексистские высказывания Эразмуса Уилсона — постоянного автора газеты The Pittsburgh Dispatch. В 1885 году он опубликовал сразу несколько текстов, где выразил крайнее беспокойство в отношении барышень, которые были так озабочены поиском работы, что совсем позабыли о единственном предназначении порядочных молодых особ — заботе о домашнем очаге.решением всех проблем , он видел замужество .
Двадцатилетней Элизабет было что ответить на такие высказывания. Она уже убедилась, что это не самый надежный способ обрести счастье. Свои мысли на этот счет она выразила в тексте, который посвятила работающим женщинам «без таланта, красоты и денег» и отправила его в редакцию .Ведь спервых дней переезда в Питтсбург девушка тщетно пыталась найти достойно оплачиваемую работу. Ее родные братья получали приемлемые должности клерков и фармацевтов, а ей приходилось за быть горничной и няней , то есть делать ту работу, которая, по мнению других людей, была подходящей для ее пола.Текст , отправленный в редакцию она подписала «Одинокая сиротка». Редактора The Pittsburgh Dispatch Джорджа Мэддена, который случайной прочитал это письмо , приведенные в нем аргументы впечатлили. На страницах газеты он попросил автора откликнуться и прийти в редакцию, что Элизабет и сделала.
Следующую публикацию уже по заказу газеты она посвятила разводам, предложив упростить их получение в случае, если супруг или супруга скрыли свои недостатки до брака (к мужским грехам она отнесла пьянство, к женским — неумение вести домашнее хозяйство).
Вскоре Элизабет предложила редактору сделать серию материалов о фабричных девушках Питтсбурга, тот в ответ нанял ее постоянным автором с фиксированной зарплатой пять долларов в неделю немногим выше, чем у тех самых фабричных девушек. Редактор и молодая девушка ударили по рукам — так появилась Нелли Блай, первая женщина в редакции The Pittsburgh Dispatch. Блай стремилась писать заметки о тяжелом положении женщин, жизни в трущобах и других подобных темах, однако редакция ограничивала её, позволяя писать лишь в рамках сугубо “женских” тем - светская жизнь, мода. в 21 год по собственной инициативе в качестве иностранного корреспондента отправилась в Мексику и провела там почти полгода, отправляя в редакцию статьи о жизни и обычаях мексиканского народа, которые позже были опубликованы в виде книги.
Через полгода мексиканской командировки, опасаясь расправы от местного правительства за слишком резкую критику, Блай вернулась в Питсбург , где ожидала сорозмерую , ее работе зарплату … но ей лишь предложили писать статьи о премьерах. Деньги , девушке были нужны , поэтому она согласилась , но как только поднакопила , купила билет и уехала в Нью-Йорк .
За свою карьеру Нелли Блай пережила все то, с чем сталкивались и продолжают сталкиваться женщины по всему миру: авторство ее статей не раз подвергалось сомнению, а внешность часто обсуждалась подробнее, чем журналистские заслуги. Это стандартный набор для первооткрывательниц в любой профессии.
Но темы, которые Блай выбирала, не были типичными. Даже попасть в кабинет главного редактора The New York World Джона Кокрилла она смогла, только написав текст о гендерной предвзятости нью-йоркских редакторов. Кокриллу пришлось лично встретиться с ней, чтобы подтвердить готовность работать с женщинами. Поэтому уволившись из газеты “Pittsburgh Dispatch”, Блай , переехавшая в Нью-Йорк , провела 4 месяца без цента в кармане, но в итоге , все таки смогла устроиться на работу в “New York World” и ей даже нашлось подходящее дело .
Десять дней в сумасшедшем доме
Мастерски разыграв сценку безумия,При подготовке которой , Блай действовала интуитивно ведь обратиться за советом было не к кому, до нее никто ничего подобного не дела .Блай отправилась прямиком в лечебницу, где десять дней наблюдала, как смотрительницы издеваются над пациентками. После ее освобождения репортаж Блай выходил в газете по частям. Первая же глава оказалась настолько успешной, что при публикации второй имя Блай было напечатано жирным шрифтом прямо под заголовком. Материал наконец сделал Нелли Блай знаменитостью. Статья превратилась в книгу, а каждое новое расследование — в сенсацию.
Репортаж вокруг света
Ещё одно не менее известное событие , которое произошло уже по инициативе самой девушки. Она задумала совершить кругосветное путешествие быстрее, чем это сделал герой романа «Вокруг света за 80 дней» Жюля Верна. молодой женщине, что в то время , что сейчас требовалась огромная смелость для путешествия в одиночку , в путешествие журналистка отправилась всего с одной сумкой в которую вместила все , что ей было нужно. Интересный факт: Несмотря на жесткий график, Блай успела заехать в гости к Жюлю Верну, который сомневался в ее идее объехать мир за рекордный срок.
Блай отбыла из порта Хобокена 14 ноября 1889 года, а вернулась в Нью-Йорк через 72 дня 6 часов и 10 минут, проехав через Англию, Францию, Италию, Египет, Йемен, Шри-Ланку, Малайзию, Сингапур, Китай и Японию.
Газеты с ее репортажами продавались огромными тиражами. После этой поездки американки стали копировать прическу и крайне комфортный наряд Блай.
После кругосветки, Блай вышла замуж , в 1895 году. 31-летняя журналистка вышла замуж за 73-летнего промышленника-миллионера Роберта Симена и уехала из Нью-Йорка в Чикаго.
Многие приняли новость за очередной репортерский ход: сейчас Нелли Блай напишет текст о тяготах замужества и объявит брак фиктивным.
Сама Блай никаких дневниковых записей о сделанном ею выборе не оставила. Возможно, она хотела сбежать из Нью-Йорка после разрыва с журналистом Life Джеймсом Стетсоном Меткалфом. А может быть, ее настигло профессиональное выгорание. Она писала психологически сложные статьи , поэтому подобный брак , мог стать для неё отдыхом
После смерти Симена в 1904 году Блай возглавила его компанию по производству металлических изделий . Комания производила все от фляг до кухонных раковин . Она расширила производство, научилась управлять каждой машиной на заводе и даже ввела несколько инноваций на ее имя было зарегистрировано 25 патентов. Все это помогло увеличить прибыль в четыре раза.
успех не был долгим — в 1912 году Блай потеряла практически все свое состояние. Затяжные суды и банкротство снова привели ее в журналистику.
1914 году, путешествуя по Европе, Нелли Блай во что бы то ни стало решила первой из женщин-корреспонденток попасть на фронт. По замечанию Брук Крюгер, ее репортажи о событиях Первой мировой войны больше всего напоминали оживленные разговоры с друзьями за кухонным столом. После войны она писала о торговле младенцами, выступала против смертной казни и азартных игр, защищала права приемных родителей и помогала сиротам.
27 января 1922 года Нелли Блай умерла от пневмонии. за текстами Нелли Блай навсегда сохранился статус классики мировой журналистики. На русском языке журналистские расследования Нелли Блай впервые опубликовали спустя почти столетие после ее смерти. В ноябре 2021 года в переводе Варвары Бабицкой в издательстве Individuum вышел сборник «Профессия: репортерка. „Десять дней в сумасшедшем доме“ и другие статьи основоположницы расследовательской журналистики».
Еще одна книжная новинка на русском — комикс Лучаны Чимино с иллюстрациями Серджио Альгоццино «Нелли Блай — леди Сенсация».
Сайты с информацией:
https://share.google/FxRVVGyvAp70eZjSc
https://share.google/Rk1Zj99fotvT47VZD
Text
ISRAEL RESPONSIBLE FOR 67% OF KILLINGS IN DEADLIEST YEAR FOR #JOURNALISTS
※2/26/2026
ISRAEL RESPONSIBLE FOR 67% OF KILLINGS IN DEADLIEST YEAR FOR JOURNALISTS
Text
Why “I hate men” is different.
I was recently asked the question, by a man, “if women can say I hate men, why can’t I say I hate women?”
At first, I wasn’t sure how to properly explain it, the question made me stiff and frustrated, because why wouldn’t he get it? I reminded myself that unfortunately, it isn’t common knowledge for some people to look into the reasons why for themselves.
So I explained, when men say “I hate women” they aren’t talking about women making them uncomfortable, they aren’t talking about being relentlessly sexualized. When they say “I hate women” they mean, I hate these women, because they won’t sleep with me. I hate women, because they sleep with too many people. I hate that women aren’t what I want, aren’t what I’ve been groomed into desiring. I hate that women can think for themselves, have a perception of themselves, outside of my expectations. I hate when women, I hate that women, I hate their existence, because they threaten the skewed masculinity I’ve been groomed and conditioned into, they threaten my plastic, fabricated dream.
When women say “I hate men”, they mean I hate when men disregard me, I hate when men hold themselves above me, I hate when men diminish my worth, I hate when men decide the validity of my autonomy. I hate when men don’t think as deeply about consequences, or actions. I hate when men question me, without any desire to actually listen. I hate that I have been expected to please and appeal to men my entire life, I hate that I have been groomed into being a vessel for a man’s desire. I hate when men tell me what I should do with my body, how I should conduct myself, or how I should speak to appeal to them. I hate that men feel entitled to my space, my time, my body, and my presence. I hate that men feel entitled to ignore me entirely.
When women say “I hate men”, they don’t mean I hate men because they refuse to sleep with me, I hate men because they aren’t all trying to constantly be appealing to me, I hate all men because I deserve to own them, I hate all men because they are my property, I hate all men and I deserve power over their bodies.
Women say, I hate men, to fight systematic ideals, passed down relentlessly for years, that women, really, only exist to please and never be pleased themselves.
It will always be different.
I explained this to him, and he said “Oh.” It made more sense.
(also posted on my substack, Taylor Rose)